Песах — быстрее времени
Акива Татц, из цикла «Жить вдохновенно», темы: Каббала, Маца и Хамец, Пасхальная Агада, Акива Татц
Духовные силы, действующие во время Песаха, таковы, что позволяют еврейскому народу и каждому еврею в отдельности достигнуть невозможного.
Рош а-Шана и Песах — это два начала года. Рош а-Шана воплощает собой новое творение человека как личности, а Песах ознаменовал новое творение в коллективном плане — создание еврейского народа. Чему нас учит эта параллель?
Духовные силы, действующие во время Песаха, таковы, что позволяют еврейскому народу и каждому еврею в отдельности достигнуть невозможного. Попытка прыжка на совершенно новый уровень восприимчивости и личного развития может оказаться успешной, если предпринять ее в
Песах; в другое время достичь в этом успеха гораздо проблематичнее.
В эти дни нам предоставляется особая Б-жественная помощь, благодаря которой можно одним прыжком достигнуть многих уровней духовного роста. В обычных условиях на эти уровни приходится долго и упорно карабкаться, как к заоблачным вершинам. Само слово «Песах» означает «перепрыгивать», а, в более глубоком смысле, речь идет о перепрыгивании через несколько уровней роста, которые при нормальных обстоятельствах надо одолевать по очереди.
Эта энергия особенно сильна в первую ночь Песаха, когда вся атмосфера заряжена предельно мощным вдохновением. В мистических источниках сказано, что все другие ночи наш «маарив» (вечерняя молитва) устанавливает определенную связь с высшими мирами, а в первую ночь Песаха эти связи возникают автоматически, нам для этого не нужно никаких усилий. Но почему тогда мы произносим вечернюю молитву в ночь Седера? Ведь получается, что она излишняя. Мы молимся для того, чтобы соединить себя с тем, что происходит в высших мирах. Чтобы притянуть часть этих очень высоких энергий к нашему уровню. Эта ночь не требует той обычной защиты, какой мы пользуемся в другие ночи. Она сама — «лейл шимурим — ночь защиты»; ни в одну другую ночь года мы не получаем от Всевышнего такой надежной охраны. Она действительно «отличается от всех других ночей», как сказано в пасхальной Агаде. Поэтому давайте зададим этот древний вопрос с еще более глубоким значением: «Почему эта ночь отличается от всех других ночей?»
***
Пользуясь ранее рассмотренными положениями, мы неизбежно придем к выводу, что эта ночь обладает, по-видимому, какой-то несравненной энергией; ибо в эту ночь был съеден первый «корбан Песах», пасхальная жертва. Кульминацией десяти египетских казней была смерть первенцев. Она произошла в полночь. Поражая египтян, Б-г миновал, буквально, «перепрыгнул» через еврейские дома — Он лично, а не Его посланники-ангелы. С этого момента начался Исход; процесс спасения разворачивался на глазах у всего человечества. Спасение произошло с молниеносной быстротой (ке-эреф айн — в мгновение ока): даже приготовленное тесто не успело взойти, и евреи вынесли его из Египта в виде мацы. Такие события являются убедительным физическим проявлением невыразимой духовной энергии, ее мощного разряда в высших сферах. Разберем теперь характер тех событий и попробуем нащупать их истоки. В чем состоит глубинное значение этой быстроты? Что означает маца?
Начнем с вопроса, который беспокоит некоторых близких нам по времени комментаторов. Существует распространенное мнение, что в последние годы своего пребывания в Египте евреи оказались на сорок девятом, предпоследнем уровне нечистоты, и их необходимо было немедленно спасти, вывести на свободу, потому что следующий пятидесятый уровень был необратим. Освобождение произошло именно тогда, потому что при малейшем промедлении евреи навсегда исчезли бы, растворились среди египтян. Б-г спас нас в самый последний момент. В тот момент накануне Исхода наша судьба, наше будущее висели на волоске — задержись мы в Египте чуть дольше, и Всевышнему уже некого было бы спасать, было бы слишком поздно.
Теперь возникает вопрос: почему один-единственный момент пребывания в Египте мог привести к нашему полному духовному исчезновению, растворению в египетской нечистоте? Получается, что этот момент был величайшим в нашей истории, мгновением высшего откровения, когда мы предельно остро, буквально собственной кожей чувствовали близость Творца. Этот полуночный момент излучал чистоту; он стал кульминацией длительного процесса, начавшегося несколькими месяцами ранее с первой казни и положившего конец рабской эксплуатации евреев. В последующих казнях евреи видели явное проявление всевластия Б-га, Его активного участия в мировых событиях («ашгаха»). Эта ночь стала вершиной этого процесса. Но как мог появиться луч свободы на безотрадном фоне распада еврейского народа, его необратимого погружения в нечистоту и неизбежного ухода в небытие, если бы эта тенденция сохранилась хотя бы ненадолго? С другой стороны, при еще большей интенсивности откровения вчерашние рабы могли сразу обратиться в ангелов!
В источниках, рассматривающих данный вопрос, сказано, что речь идет буквально об одном единственном моменте этого состояния — не о добавочном времени к предыдущей стадии рабства и преследования в целом, а об очень специфичном периоде, добавленном к последней ночи в Египте. Как же решить эту проблему?
***
Метод ее решения мы находим в мистических источниках. Есть мнение, что человек может жить в физических измерениях пространства и времени, находясь в их власти целиком или частично, либо он может жить в них, но при этом выходить за их границы. Чтобы добиться второго варианта, надо свести к минимуму свои контакты с физическими элементами. Во временном пространстве это стремление выражается словом «зризут», усердие или рвение в исполнении мицвот и служении Б-гу. Маарал объяснял: если человек двигается быстро, сокращает период своих действий, он может преодолеть тесные границы времени. Конечно, для каждого действия требуется определенный, строго очерченный срок, но дело в том, что духовность вступает в противоречие с ненужным расширением физических измерений пространства и времени. Когда затрачиваемое время сокращают до минимума, это вовсе не противоречит духовности; наоборот, ревностно выполненное действие ставит физическую сущность на духовный уровень. Поскольку духовный мир находится вне времени, объясняет Маарал, мы можем установить с ним контакт путем максимального приближения к нему с помощью наших усилий, путем уменьшения физического компонента наших действий, сведения его к абсолютно необходимому минимуму.
Иначе говоря, лень и замедленные действия приводят к расширению физической сферы, в результате чего мы становимся частью этой сферы. Вялость и инертность прямо противоположны духовности. Лень несовместима с духовным ростом.
Пользуясь терминами из предыдущих глав, можно сказать, что духовная жизнь вырабатывается в бесконечно малую долю времени, в момент вспышки зачатия, который соответствует мужской фазе реальности. Перед женской фазой стоит задача сохранить духовную энергию этой первой фазы и принести ее в материальный мир, но это возможно лишь при условии, что созидательная зачаточная фаза достаточно напряжена, подвижна и не обременена физической тяжестью.
Вернемся к тому судьбоносному моменту, который наступил в Египте в полночь Исхода. Проблема с возможной затяжкой времени заключалась не в тлетворном влиянии египетской нечистоты — эта опасность давно миновала. Нет, проблема состояла в самом затянувшемся времени. Разберем эту мысль. Освобождение должно было наступить «ке-эреф айн», в мгновение ока, поскольку для сохранения духовного заряда этого события требовалось проворство. Если бы мы медленно вышли из Египта, спокойно, расслабленно, мы стали бы обычным народом. Но в тот момент зарождалась еврейская нация, и момент ее рождения должен был содержать в себе элемент трансцендентальности, поскольку «все идет от начала». Короче, мы были и остаемся духовным народом, потому что наше начало было духовным. Момент нашего формирования как народа занял абсолютный минимум времени, и с тех пор мы всегда жили на грани физической вселенной, на той грани, которая соприкасается с трансцендентальным, Б-жественным. Проблема с затяжкой времени в Египте состояла в самом времени; здесь скрывалась страшная опасность. Под нечистотой, о которой мы говорим, подразумевается нечистота нации, созданной для духовности, но не сумевшей подняться выше физического уровня, оставшейся самым обычным народом.
***
В том и состоит тайна Песаха — мы проносимся на гребне трансцендентальной волны за минимально короткое время. Мы преодолеваем время. Мы вышли из Египта слишком быстро, не дав завершиться физическим процессам; слишком быстро, чтобы позволить естественному миру затормозить нас, замедлить наш взлет; слишком быстро, чтобы остаться в материальной среде, в узких рамках физической реальности. Слишком быстро, чтобы тесто успело взойти, чтобы пища, дающая нам жизнь, успела вырасти, распухнуть и отяжелеть.
Народ за гранью природы, живущий на скудном хлебе, который представляет собой лишь сумму своих ингредиентов.
Идем дальше. Что означает маца, с которой связана одна из главных заповедей Песаха? В чем разница между хамецом (заквашенными продуктами) и мацой? Ни в чем, кроме времени! Никакой разницы в составляющих элементах — только разница во времени. Мука и вода, испеченные в минимум времени, становятся мацой. Секундная передержка — и получается хамец. Буквы из которых сложены сами эти слова — хамец и маца, отличаются друг от друга только маленькой чернильной точкой (в этих словах две одинаковые буквы — «мем», «цади»; третья буква в хамеце — «хет», в маце — «эй»: они очень похожи на письме; кажется, что «эй» — это чуть-чуть недоведенная до конца «хет»). Такое же крохотное различием между хамецом и мацой существует и во времени.
Но до чего велики последствия этого едва различимого отличия! Есть мацу — побудительная мицва из Торы; награда за нее безмерна. Есть хамец — тяжкое нарушение запрета Торы, и наказание за это нарушение — «карет», отсечение души. Получается, что одна секунда становится непреодолимым барьером между жизнью и смертью.
***
Неслучайно говорили мудрецы: «мицва абаа ле-ядха, аль тахмицена — Когда мицва идет тебе в руки, не дай ей зачерстветь», буквально, «не дай ей стать хамецом, закиснуть». «У-шмартем эт а-мацот — и берегите мацу». Эту фразу можно перевести и по-другому: «И берегите мицвот». Здесь мы видим не простую игру слов. Идея такая: как маца становится хамецом, если затянуть ее приготовление, так и мицва, духовная жизнь человека, исполняющего ее, становится «хамецом», подвергается брожению, скисает, если она превращается в составную часть естественной природы. Мицва — это физическое действие, содержащее беспредельный заряд духовной энергии, но исполнять ее надо тоже на духовном уровне. Если мицва совершается лишь как физическое действие, она может потерять связь с духовным миром. Мицвот подобны маце: когда их делают на высоком уровне, страстно и с энтузиазмом, они приобретают качество трансцендентальности; но при вялом, неохотном исполнении они «скисают», «портятся».
Физическая среда содержит источник, из которого в пространстве и времени развивается «тума», нечистота. Египетские чародеи не смогли повторить Б-жественную казнь с использованием «киним», вшей. Комментаторы объясняют причину их затруднений: вши были слишком малы. «Тума», которой обладали чародеи, действует только при наличии достаточного физического материала. Когда этот материал сокращается до минимума, нечистота перестает действовать на него.
***
Итак, нам частично открылось глубинное значение той последней ночи, которую евреи провели в Египте. Мы быстро и с большим энтузиазмом покинули Египет, сведя к минимуму период нашего национального рождения и усилив тем самым влияние этого момента. Мы родились, когда гибли египетские первенцы. Момент Сотворения мира, воплощенный первым из Десяти созидательных речений Творца за несколько десятков веков до египетского рабства, вновь осуществился в сходном и одновременно противоположном по замыслу событии — в гибели первенцев Египта — за их «первенство» — при одновременном рождении нашего «первенства». Эта связь была установлена Авраамом, его решимостью принести в жертву своего первенца (от жены Сары). Жертвоприношение Ицхака стало кульминацией десяти испытаний, закаливших Авраама и в результате которых возник еврейский народ. Все эти моменты «первенства», рождения были сложены вместе; их совокупная энергия дала толчок тому главному моменту на все века — во времени и вне его. Эта ночь и воистину «отличается от других ночей»!
***
Глубинная связь между египетской ночью чудес и последующей еврейской историей красиво объяснена рабби Иегудой Арье Лейб Альтером из Гура («Сфат эмет»). Он спрашивает: почему мы называем застолье в первую ночь Песаха «седером», ведь слово «седер» означает на святом языке «порядок», заранее подготовленную и предсказуемую серию действий. Не странно ли, что мы отмечаем важнейшую в нашей истории цепь чудес, кардинальное отклонение от нормального порядка вещей — словом «седер», порядок? Ответ Гурского ребе заслуживает того, чтобы высечь его в камне. Для еврейского народа, говорит он, чудесным является естественный порядок вещей. Наш «седер» — это седер чудес. Мы сформировались в невероятных условиях, наше зачатие произошло в фейерверке чудес; мы родились вне времени. Мы уже больше никогда не вернемся в естественное, будничное состояние. Такое возвращение стало бы для нас самой худшей порчей; мы бы попросту скисли — маца превратилась бы в хамец, что в нашем случае равносильно смерти.
***
Согласно традиции, фаза зачатия происходит вне всяких измерений, а фаза продолжения и сохранения образует замкнутый круг. Круг представляется в образе женской фазы конкретизации, формирования физической сущности. Круг — это единственная фигура, у которой нет особых точек. В отличие от других геометрических форм круг состоит из идентичных сегментов. Можно взять самую маленькую дугу — все остальное предсказуемо. Здесь нет ничего нового. Опасность этой фазы заключается в том, что она подвержена застою, выхолащиванию созидательного элемента, легко поддается силе привычки, инерции и…депрессии. При умелом обращении с женской фазой, она способна непрерывно продуцировать новизну; в противном случае она застывает, лишается жизни и чувств. Это состояние нагляднее всего символизирует еврейская буква «самех», изображаемая в виде круга. Тора учит, что новизна должна быть абсолютно свежей и максимально производительной. На это указывает, в частности, полное отсутствие буквы «самех» в том месте книги «Берешит», где описывается Сотворение мира. Обратите внимание, в этом длинном тексте нет ни единого «самеха»! Тора содержит еще один раздел («парша»), написанный без единой буквы «самех» — это «парша бехор», в котором излагаются законы, относящиеся к первенцам.
***
Мы должны жить на уровне «хидуша», новизны, и не стремиться в естественные сферы. Самое первое положение в кодексе еврейских законов «Шулхан арух» относится к началу дня, к нашей первой обязанности после пробуждения. Это галахическое повеление требует от нас быстро и резво встать с постели. В принципе, неплохой практический совет. Но в нем скрыто нечто гораздо большее: мы получаем здесь урок всех начал: если ты силен, как лев, когда встаешь утром, если ты начинаешь день без лени, не позволяешь своей естественной природной инерции портить момент пробуждения, если эта инерция не затуманивает проснувшийся разум, то можно надеяться, что день будет успешным, что он пройдет на высоком духовном уровне.
Все определяется началом. Чистое начало, начало вне времени не оставит места душевному застою и депрессии. Трудно придумать более подходящее вступление к своду еврейских законов: проснувшись, будь «как лев».
В моменте нового творения нет негативизма. Пока течет энергия созидания, нет места подавленности и отчаянию. Духовный корень депрессии — это отсутствие личного роста. Когда время уходит в песок и ничего нового не происходит, когда все неизменно, душа ощущает холодное дыхание смерти. Конец жизненного пути печалит нас потому, что никакая деятельность уже невозможна, изменений больше не будет, и все застыло, заморожено. В том и состоит главное отличие жизни от ее противоположности; душа предчувствует это финальное состояние, когда она бездействует в этом мире. Такова истинная причина распространившихся депрессий; неслучайно, лучшим методом их лечения специалисты считают активную деятельность. Вначале это просто общественно полезная деятельность, но затем (и как можно скорее) она должна перейти в труд души, в движение и рост.
***
Итак, первая ночь Песаха. Невероятно мощная энергия, невероятные возможности. Время трансцендентального начала. Время вдохновлять детей, только вступающих на путь духовности. Время заряжаться вдохновением. Время достигать невозможного, преодолевать границы времени.
